Я против поправок к Конституции ЛР, которые придавали бы статус государственного русскому языку, но 

- это не значит, что я против моего родного русского языка, любовь к которому мне привила моя учительница и классный руководитель, латгальская поэтесса Екатерина Калване;
- это не значит, что я считаю, что проблем неграждан в Латвийской Республике не существует;
- это не значит, что я приветствую чествование ветеранов легиона Ваффен СС;

- это не значит, что я отрицаю победу Красной армии и ее роль в разгроме фашизма;

- это не значит, что латышская политическая элита должна пренебрегать диалогом с русскоговорящими;

- это не значит, что вопросы более широкого использования русского языка, особенно там, где дело касается здоровья и безопасности граждан, не должны обсуждаться;

- это не значит, что я доволен тем, как государство поддерживает изучение латышского языка русскоязычными;

- наконец, это не значит, что тех, кто проголосует за второй государственный язык, я считаю врагами Латвийского государства.

Это просто означает, по моему мнению, что рожденное в 1918 году государство являлось результатом политического самоопределения латышской нации.

Как бы это ни показалось кому-то странным или абсурдным, латыши и не собираются на эту тему дискутировать.
И подталкивать нас, чтобы заставить их дискутировать силой, я считаю умело продуманной и спланированной политической провокацией, которая ни в коем случае не способствует миру и согласию.

Валерий Шиндлер